Мораль про мураль или лучшее — враг хорошего.
Было время, когда слово «мурал» было женского рода: «мураль». Это подтверждает «Толковый словарь русского языка» С. И. Ожегова: «мура́ль, -и, ж. (спец.) — произведение настенного изобразительного искусства, монументальной живописи». Мураль по мне как‑то приятнее звучит — более по‑нашему, как «кадриль»: в нём есть мягкость, узор, родной ритм. А суть не менялась: и раньше, и теперь речь идёт о большом настенном изображении, о попытке сказать городу что‑то важное прямо на фасаде.Муралы сегодня внедряются активно. Даже чересчур. И тут стоит вспомнить старую мудрость: лучшее — враг хорошего. Наш исторический центр — это уже готовая картина. Кирпичные стены, наличники, выверенные пропорции, патина времени. Здания там хороши сами по себе, и это самое труднодостижимое, что может быть в архитектуре. Наклеивать поверх готового холста ещё одну картину — занятие сомнительное даже при большом таланте. Мурал в историческом центре не «украшает фасад», а спорит с ним. И почти всегда проигрывает спор не в пользу нового: старый дом переживёт и нас, и этот рисунок, а впечатление от здания уже не будет прежним.Муралы уместны там, где пусто и скучно. Спальные районы, серые стены трансформаторных будок, торцы многоэтажек, глухие заборы, подстанции, парковки. Вот где полусотня квадратных метров фантазии реально раскрашивает серые будни. Там человек не идёт «полюбоваться архитектурным наследием» — он идёт к подъезду, и пусть ему на пути улыбнётся хоть что‑то.Плохо становится там, где к делу подходят без должной подготовки. Кривая анатомия режет глаз: шестиугольная рука, лицо в профиль, а тело в анфас. Поражает воображение и историческая безграмотность: персонажи в костюмах не той эпохи, домики из какой-нибудь Тосканы на берегах Волги… Всё это не нейтрально — оно активно портит то немногое, что было. Мурал — это не просто краска на стене, это заявление. И если автор не понимает, что говорит, город начинает говорить с ошибками.Есть ли хорошие муралы? Есть. Но они не появляются сами собой — они требуют насмотренности и вдумчивого подхода. Например, работы Александр Абросимов — художник работает с русской вязью, сплетая буквы в узор, — и в таком рисунке всегда есть второй слой смысла. Это уже не «закрасить пустую стену», а разговор с горожанином на равных. Или работа неизвестного мне художника «Череповецкий трамвай» — теплая и милая ностальгия, верно? Про первый слайд — мозаику на фасаде дома Скомороховой Горы вообще молчу — это осколки более развитой цивилизации ((Мораль же, как в баснях, коротка. Не в том беда, что слово «мурал» сменило род. Беда, когда хрупкая красота исчезает под наспех нарисованными «муралями». Мурал — инструмент, а не самоцель. Там, где есть что сохранить, — лучше оставить красоту как есть. Там, где пусто и серо, — рисуй, но с умом. И важно помнить: язык умеет аккуратно менять род слова. Фасад исторического дома, к сожалению, так не может.
Куратор проекта «Ускользающая красота в деталях» А. А. Алексашин
